что такое спарринг с омоновцами

Содержание

Тюменский омоновец, после спарринга ставший инвалидом, дал показания в суде

В Ленинском районном суде Тюмени на слушании уголовного дела в отношении бывшего командира взвода ОМОНа Тюменской области Владимира Бутры сегодня, 21 мая, допросили потерпевшего — бывшего сотрудника ОМОНа Ивана Голинея. Ему, напомним, 24 ноября 2014 года бойцы ОМОНа устроили спарринг, после которого он потерял сознание и впал в кому. На суде Голиней едва говорил, поэтому отвечал односложно и еле передвигался. Он подтвердил, что участвовал в спарринге с Владимиром Бутрой, передает корреспондент Znak.com.

По словам Голинея, спарринг прошел 24 ноября до обеда. За день до этого потерпевший был дома. Он рассказал о предстоящем спарринге своим друзьям детства. Голиней хотел заночевать на базе ОМОНа, но не стал — уехал домой.

До спарринга была разминка, физподготовка, которую и проводил Бутра. На прежних заседаниях суда фельдшер базы ОМОНа Иван Фадеев и свидетели из числа сотрудников ОМОНа заявляли, что Голиней мог играть в регби и получить травму баскетбольным мячом, поскольку мяча для регби в инвентаре нет.

Но, по словам потерпевшего, не было игр ни в регби, ни в баскетбол. Баскетбольный мяч не попадал ему в голову. Никуда больше, кроме спортзала, до спарринга Голиней не ходил. В спарринге или «приемке» участвовали, помимо потерпевшего, трое бойцов. Среди них Владимир Бутра, на тот момент командиру взвода. Именно он наносил удары первым и единственным. Он же и совершал броски. Из защиты у Голинея были только перчатки. Спарринг произошел на второй его рабочей смене за всю работу в ОМОНе.

«Драка», — ответил Голиней на вопрос прокурора о том, что такое спарринг. На вопрос, знал ли Голиней, что будет спарринг, он ответил «Да, да, да» и повторял это слово ещё полминуты. Он также подтвердил, что подобную «приемку» проходят все бойцы в начале службы.

После ударов Бутры Голиней упал на пол и не вставал. Шла кровь из носа и ушей. После спарринга он оказался на кровати в казарме, где, по его словам, пролежал три часа. Сам встать и обратиться за помощью он не мог. Кто пригласил врача — ему неизвестно. К Голинею никто из сотрудников ОМОНа не подходил. Доктор базы ОМОН Иван Фадеев осмотрел Голинея только визуально (Фадеев сам это же подтверждал).

При этом Голиней сказал доктору поликлиники, что играл в мяч. Об этом, по словам пострадавшего, его попросил сам командир тюменского ОМОНа Олег Сидорчик.

Следующее заседание состоится 28 мая.

Назначена дата слушаний по делу тюменского омоновца, впавшего в кому после спарринга

Напомним, осенью 2014 года Иван Голиней перевелся на службу в ОМОН из вневедомственной охраны. Вторая смена на новом месте закончилась для него закрытой черепно-мозговой травмой, ушибом головного мозга тяжелой степени. Иван перенес трепанацию черепа и месяц провел в коме. После восстановления геометрии черепа молодой человек, получивший первую группу инвалидности, начал проходить курсы реабилитации. Обвинения были предъявлены бывшему командиру взвода ОМОНа Владимиру Бутре. Сразу после инцидента он вышел на пенсию. Уголовное дело было возбуждено в июне 2015 года, передано в суд только в начале 2019 года. Бутру судят по обвинению в превышении должностных полномочий с применением насилия и причинением тяжких последствий здоровью (пункты «а», «в» части 3 статьи 286 УК РФ).

Сослуживцы искалеченного на службе тюменского омоновца отрицают проведение спаррингов

Более 3,5 года следователи и эксперты разбирались в обстоятельствах случившегося. За прошедшее время были проведены четыре судебно-медицинские экспертизы. Последняя, результаты которой ждали больше двух лет, оказалась не в пользу ОМОНа. Иван Голиней заново учится ходить и говорить.

Это не первый случай в Тюмени, когда в ходе спаррингов в силовых структурах их участники получают тяжелые увечья. 5 мая 2017 года Владислав Елфимов сдавал нормативы по физподготовке, чтобы поступить на работу в спецназ УФСИН Тюменской области. После этого он принял участие в неформальном спарринге с действующими бойцами спецназа. В результате он получил ушиб головного мозга. Врио начальника спецназа УФСИН Геннадий Дудко признан виновным в преступлении и приговорен к трем годам условно.

Читайте также:  что такое пашуто в еде

Источник

Командира ОМОНа отправили в колонию за искалеченного в спарринге новобранца

terehin

usa2

10 kartofan

chp tumen sm

Закончился второй судебный процесс по скандальному делу бывшего командира тюменского ОМОНа Владимира Бутры. Офицер зверски избил новобранца во время спарринга и получил 4 года условно, но омоновец посчитал, что не заслужил такого наказания и решил его обжаловать.

Когда Владимиру Бутре дали четыре года условно, родители Ивана Голинея даже не стали подавать апелляцию. Они простили бывшего командира ОМОНа, подумали о его семье и маленьких детях. Но Бутра, до сих пор так и не признавший вину, сам решил оспорить решение суда. Прокуроры тоже были несогласны с вердиктом. Посчитали его слишком мягким. Сегодня получил все те же четыре года. Только теперь колонии общего режима.

Иван Голиней полтора года проработал в полиции, но всегда мечтал попасть в спецподразделение. В ОМОНе есть такая практика — проверять новобранцев в ходе спарринга с более опытными бойцами, чтобы сделать вывод о физической подготовке новичка. Но в случае с Иваном Голинеем это был не тест, а жестокое избиение.

Иван пролежал в казарме шесть часов. Когда ему стало совсем плохо, его увезли не в городскую больницу, где есть необходимые специалисты и оборудование, а в ведомственную поликлинику. Видимо, до последнего надеялись это дело замять. Даже предлагали разные версии, вроде — в голову новобранцу попали регбийным мячом. Не вышло. По словам бывшего бойца ОМОНа Дмитрия Рожкова, подобные спарринги — нормальная практика и не только в ОМОНе. Но то, что произошло в тюменском отряде, сложно назвать тренировочным боем.

После того боя, операции, комы Иван год не разговаривал, полтора — учился ходить. Спустя семь лет бесконечных реабилитаций, Иван может поддержать беседу, пишет и читает. Пока остаются проблемы с правой стороной тела, она парализована. Сейчас ему 30 лет, мужчина надеется вскоре полностью выздороветь и завести семью и детей.

Источник

Искалеченный на в ОМОН парень заново учится ходить

terehin

usa2

10 kartofan

chp kazakova sm

Процесс против бывшего сотрудника ОМОНа, который довел своего подчиненного до комы, стартовал в тюменском суде — спустя четыре года после возбуждения уголовного дела. взвода Владимира Бутра обвиняют в превышении должностных полномочий и причинении тяжкого вреда здоровью. После спарринга с ним новобранец Иван Голиней перенес трепанацию черепа и получил инвалидность. Это был его второй день на службе.

Мать искалеченного бойца Наталья Голиней рассказывает, что сын мечтал служить в спецподразделении, но при первой попытке не смог сдать нормативы. Устроился во вневедомственную охрану и спустя год наконец подписал долгожданный приказ о переводе в отряд особого назначения. Оказалось, что это формальная процедура, а есть еще и некий «командирский кастинг».

Ей позвонили врачи ведомственной больницы. Сказали, что во время тренировки сыну попали волейбольным мячом по голове и теперь оперируют. Это потом она увидела медицинское заключение: перелом позвоночника, закрытая травма, гематомы по всему телу. Оказалось, что после спарринга Иван потерял сознание. Его волоком утащили в казарму, где он пролежал почти пять часов. В госпиталь он поступил уже в состоянии глубокой комы.

Наталья Голиней: «Я думаю, они на это и надеялись. Что парень не выживет и ничего не сможет сказать. Он пришел в себя почти через месяц. В реанимацию меня практически не допускали. Когда его вывезли — он ничего не говорил, но все понимал. Палец показывал: один — „да“, два — „нет“».

Ваня молчал полтора года. Первым его словом было, как и в младенчестве, «мама». Тогда, признается Наталья, она и поняла, что обязана наказать виновных. Наняла логопедов, и спустя несколько курсов занятий сын смог дать показания. Но обвинения предъявили только бывшему командиру взвода — Владимиру Бутру, хотя против Ивана тогда вышли три человека. Расследование уголовного дела несколько раз приостанавливали. Ведь первая экспертиза показала, что новобранец упал «с высоты собственного роста» и, получается, сам нанес себе травмы. И лишь в ходе четвертого медицинского исследования специалисты подтвердили — Ивана избили и вовремя не оказали помощь. А его сослуживцы молчали и теперь даже не приходят к нему.

Наталья говорит: самое страшное, что ее сын не единственный, кто пострадал в ходе таких «спаррингов», давно, кстати, запрещенных. Так, в мае 2017 года Владислав Елфимов устроился на на службу в спецназ тюменского УФСИН и спустя несколько дней был госпитализирован после сдачи нормативов по физподготовке. Его дело также передано в суд, а сам он, как и Иван Голиней, учится заново ходить и говорить.

Источник

«Посвящение» в ОМОНовцы закончилось инвалидностью (9 фото + видео)

Далее вас ждет история тюменского полицейского Ивана Голинея, для которого «посвящение» в ОМОНовцы закончилось инвалидностью. Долгое время никто не знал, что произошло на самом деле, так как парень был парализован и не мог говорить. Сейчас к нему вернулась речь, и он рассказал о том, как все произошло.

25-летний Иван Голиней, работавший в тюменской полиции, во вневедомственной охране, два года назад перевелся в ОМОН: парень мечтал о службе в элитном подразделении еще с армии. 24 ноября 2014 года было его вторым рабочим днем в отряде. В 9:00 утра Иван заступил на суточное дежурство, а в 10:00 началась тренировка. В качестве разминки омоновцы играли в регби баскетбольным мячом. «Игра эта очень жесткая: обе команды бегают за одним мячом, игроки могут ударяться о стены, толкаются, падают», — писал потом в объяснении командир отделения Владимир Бутра.
По показаниям его и еще нескольких бойцов ОМОНа, именно во время этой разминки Иван и получил травмы. Медики диагностировали у полицейского тяжелейшую черепно-мозговую травму и перелом позвоночника. Чтобы удалить огромную гематому в голове, пришлось делать срочную операцию — трепанацию черепа. Врачи назвали травмы несовместимыми с жизнью и опасались давать какие-либо прогнозы, однако парень сумел выкарабкаться с того света.

Читайте также:  Как полноценно отдохнуть во сне

pocviyashenie v omon 01

Пока шла операция, в больницу приехала его мать. «Начальник ОМОНа, фельдшер и еще какой-то боец рассказали мне, что сыну в голову прилетел баскетбольный мяч, — рассказывает Наталья Юрьевна. — Позже доктора объяснили мне, что у Вани множественные ушибы головного мозга и что от удара мячом таких последствий не было бы». Она и сама чувствовала, что что-то не так и что «официальная версия» — это ложь, но сын не мог ей ничего рассказать.
После продолжительного лечения последовала еще более длительная реабилитация, которая продолжается до сих пор:
Иван оказался парализован на одну половину тела и долгое время не говорил: общался с родными лишь жестами головы (да — нет).
Однако паралич постепенно отступал, а недавно к парню стала возвращаться речь. Спустя два года полицейский смог наконец рассказать о том, что на самом деле произошло на той роковой тренировке.

pocviyashenie v omon 02

По признанию парня, травмы он получил вовсе не в ходе разминки, а во время спарринга с командиром отделения. Тема занятия была «Боевые приемы борьбы», и Бутра вызвал его на бой: так в отряде по традиции проводилась «приемка» — своеобразный «обряд посвящения». Считалось, что если новобранец выдержит спарринг — он достоин служить в ОМОНе. При этом каких-либо защитных средств, оберегающих, например, голову или пах, у противников не было.
Иван раньше никогда не занимался единоборствами (только играл в баскетбол), и против опытного бойца, 36-летнего командира у него не было шансов. По сути, схватка превратилась в избиение новобранца: тот почти сразу оказался на полу. Однако командир, одетый в «берцы», по словам пострадавшего, продолжал наносить ему удары ногами. После спарринга товарищи оттащили его в раздевалку.
Медицинскую помощь раненому не оказывали в течение шести часов. «В городе единственное травматологическое отделение — в ОКБ №2, но начальник ОМОНа, испугавшись, приказал везти Ваню в медсанчать МВД, чтобы скрыть происшествие, — говорит мать Ивана Голинея. — Он бы там и умер, потому что травма была несовместимая с жизнью, но врач медсанчасти, когда его привезли, испугался — он сразу все понял и вызвал скорую». Тренировка у омоновцев закончилась в полдень — лишь в 16.55 пострадавшего доставили в ОКБ№2 и начали оказывать ему медпомощь. В этот момент Иван уже впал в кому.

Так Иван выглядел до получения травмы и инвалидности

pocviyashenie v omon 03

Расследование возобновились лишь после того, как Иван смог начать говорить — он не только дал показания, но и опознал человека, который наносил ему травмы — командира отделения. Сейчас дело вновь ведет следственное управление областного полицейского главка. По словам матери, следователи сейчас ждут еще одну экспертизу, которую делают в Екатеринбурге.
При этом у родных Ивана складывается ощущение, что уголовное дело спускают на тормозах. Вскоре после случившегося из ОМОНа уволились почти все причастные к истории: командир подразделения Владимир Бутра, фельдшер Иван Фатеев, замкомандира роты. А командир ОМОНа Олег Сидорчик всеми силами пытается дистанцироваться от произошедшего.
«В первый раз мы увиделись с ним в больнице, после чего он сбежал в командировку в Дагестан на полгода, оставив улаживать все дела своих заместителей, — говорит Наталья Голиней. — За все время болезни сына он ни разу так и не появлялся — не приходил, не звонил и не интересовался, как там чувствует себя его боец — звонили только его подчиненные. Второй раз я увидела его уже в феврале 2016, когда пришла к нему на прием: он заявил, что не считает себя виновным ни в чем».
Не чувствует за собой вины и командир отделения — он заявил, что не выходил на бой с Иваном. «Меня спрашивали в Следственном комитете, стоял ли я с ним в спарринге. Я сейчас помню, что ли, кто там с ним стоял? — говорит Владимир Бутра. — Этот же вопрос был на полиграфе — нас всех прогнали через полиграф. Все ответы есть в уголовном деле». Он настаивает на том, что Голиней получил травму головы в нерабочее время.

Так он выглядел уже в больнице после операции

pocviyashenie v omon 04

У матери Ивана случившееся до сих пор не укладывается в голове. «Я прекрасно понимала, куда шел мой сын: омоновцы ездят в горячие точки, это опасно. Но он всегда был самостоятельным, и я приняла его выбор, — говорит мать полицейского. — Но
если бы я знала, что его будут проверять на стойкость ударами в голову! Это же полный идиотизм! Если бы он получил раны где-то в бою, я бы не так все это воспринимала, а тут до полусмерти избили свои же!»
Беспокоит мать Ивана и та мысль, что из-за трусости командиров ОМОНа и их желания все скрыть ее сын стал инвалидом первой группы. «Если бы они сразу отвезли его в больницу, таких страшных последствий не наступило бы, — говорит Наталья Голиней. — Они подкосили нашу семью под корень: работает один отец, мне пришлось уволиться — я каждый день езжу с Ваней на реабилитацию (грязи, ванны, ЛФК, массажи), если этого не делать — сразу же идет „откат“ назад».

Читайте также:  Жук скарабей значение во сне

Аудио: Командир отделения тюменского ОМОН отрицает избиение новобранца

Один курс реабилитации в санатории «Тараскуль» стоит 218 тысяч за 33 дня — по сути, все деньги семьи уходят на лечение сына. При этом государство им ничего не компенсирует. «Если бы травма была производственной, путевки в санаторий были бы бесплатными, — объясняет Наталья Юрьевна. — Но врачебная комиссия на основании справки командира отряда признала травму непроизводственной, поэтому мы все проходим платно!» По оценкам медиков, восстанавливать здоровье Ивану Голинею предстоит еще года три.
Кроме того, мать Ивана переживает и за других молодых людей, поступающих на службу в ОМОН.
«Официально такие спарринги запрещены, но я слышала, что и после нашего случая они продолжаются, — говорит Наталья Голиней. — И не факт, что какая-нибудь мать не получит своего сына в таком же состоянии — если он вообще выживет».
По слухам, в истории отряда было уже несколько смертельных случаев, связанных с избиением новобранцев во время спаррингов.
«То, что случилось с сержантом полиции Иваном Голинеем, большая трагедия для него и его близких», — признали в Главного управления МВД по Тюменской области. По словам сотрудников пресс-службы, после трагедии руководство и сослуживцы Ивана помогали ему и его семьи всеми силами.
«Руководство и личный состав ОМОН УМВД России по Тюменской области постоянно поддерживали связь с родителями Ивана, оказывали помощь в транспортировках на реабилитацию и морально-психологическую поддержка, — рассказали в тюменского ГУ МВД. — Оформлены документы на выплату страховой суммы по факту получения травмы и документы для получения выплаты по установлению группы инвалидности». Деньги для оказания помощи Ивану собирали не только омоновцы, но и многие другие тюменские полицейские.

Фотографии с реабилитации Ивана Голинея

Источник

За гибель бойцов при спаррингах следует спросить с их руководства

По мнению экспертов, боец ОМОНа, скончавшийся после госпитализации с тренировочной базы, мог погибнуть из-за ненадлежащего осмотра медиками.

1bc1337310b8f94a2f42ac20d5426ab3

Напомним, ночью 27 ноября с учебно-тренировочной базы ОМОН ГУ МВД России, расположенной в Красном Селе, с многочисленными травмами был госпитализирован один из бойцов. Как сообщили Life78 в правоохранительных органах, спустя день пострадавший Иван П. скончался.

По словам инструктора-консультанта подразделения спецназа России Игоря Бурмистрова, такие несчастные случаи зачастую «происходят из-за полной некомпетентности руководства при приеме сотрудников, которые проходят такие испытания, а иногда и тех сотрудников, которые испытания проводят».

— Зачастую ведь берут определенных специалистов в эти подразделения. Могут взять снайпера, высотника, взрывотехника либо штурмовика, и у каждого ведь свое испытание, — говорит специалист, — У нас были такие случаи в спецназе, когда берут высотника-разведчика, но его проверяют по полной программе, а у него ведь свои задачи.

Кроме того, по мнению эксперта, такие зачеты зачастую проводятся с необоснованной жестокостью.

— Это был зачет, который, к сожалению, применяется во многих подразделениях. Сначала дают физические тесты, затем идет физическая подготовка – поднятие штанги, гири, подтягивания, отжимания. После этого зачастую человеку даже не дают отдохнуть и направляют его на спарринг, — говорит Бурмистров, — И часто бывает так, что люди, которые проверяют, демонстрируют не свои навыки, а свою жесткость. И зачастую сотрудники, которых проверяют, получают очень жестокие травмы.

По словам эксперта, такие зачеты всегда должен контролировать старший группы и медик, который должен отслеживать состояние проверяемого и проверяющего. Поэтому и ответственность за состояние бойцов лежит именно на таких специалистах.

О том, что боец не мог погибнуть от действий спарринг-партнеров, сообщил и адвокат Игорь Теплоухов. По мнению эксперта, за состояние бойцов на соревнованиях и тренировках также несут ответственность медики.

— Как адвокат я не усматриваю здесь прямой уголовной ответственности. В данной ситуации необходимо обращать внимание на надлежащее медицинское обеспечение данных мероприятий. Чтобы их участники проходили должное медицинское обследование. В этой ситуации необходимо спросить с руководителей, которые организовали это мероприятие и с тех специалистов, в частности, с медиков, которые должны были проконтролировать состояние бойца. Спарринг-партнер не является никаким соучастником, его действия не предполагали умышленного причинения вреда здоровью, — заключил юрист.

Источник

DACHARAI - самый большой ресурс для садовода
Adblock
detector